Большой Армянский Секрет (Черный Ход в Банкомат)
Так, давайте сразу определимся: я считаю ксенофобов и толерастов всех мастей суть одним и тем же – трусами. Первые ненавидят оттого, что боятся, вторые по тем же причинам усиленно стараются «дружить». Отличаются между собой как латентный и уже совершенно реальный, оформившийся пидарас – почти ничем. Я, опираясь на жизненный опыт, разницы между людьми не делаю, и слово «армянский» в название рассказа внес по одной лишь причине – в истории действительно фигурирует армянин. Это мой кореш, зовут его Артур.
…Хороший человек. Знаю его сто лет. Жизнь бросает, конечно, можем долго не видеться, но зато очень радуемся, если получается пересечься.
Так вышло и в тот раз: не виделись года два и вот внезапно столкнулись нос к носу у сигаретного киоска. Я к тому моменту только переехал на съемную хату, арендованную неподалеку по случаю ремонта в своей, и был рад пригласить друга на коньяк. Наскоро похвастался, чем мог и стал расспрашивать Артура про его житье-бытье… На моей памяти он помогал родне во всякой хозяйственной возне, связанной с семейной торговлей. Так, ничего особенного… И, конечно, задумывался о серьезной работе – как же без кормила? Но с работой не складывалось, да и не мог я, если честно, представить его в какой-нибудь должности. Просто – хороший парень.
Оказалось, дела идут хорошо. Артур мог и дальше оставаться хорошим парнем, только довелось ему однажды помочь одному земляку… Чем и кому – не спрашивайте: не знаю. Но он помог. И человек, в качестве благодарности, поведал Большой Армянский Секрет. …С этого момента рассказа я навострил уши, ожидая услышать нечто вроде красивого тоста, длинного да витиеватого. Но услыхал совершенно другое...
Крупных импортеров игровых аппаратов на просторах СНГовья – раз-два и обчелся. А оттого и моделей аппаратов число ограниченное. И вот - представьте – в одной из распространенных моделей есть особенность: дырка в программе. Это не специальный тумблер, переключающий автомат на выдачу, и не особая последовательность ударов по клавишам. Это – правильная стратегия игры. Тебе не сыплются Джек-поты, как из ведра, касса набивается долго: три шага вперед, один назад. Но для охраны и администрации игрок неуязвим. Конечно, хозяева не могут не заметить, что тот же человек систематически обирает их заведение, но вот предъявить нечего, и дальше досужих рассуждений дело никогда не заходит. Затем – сугубо менеджерская работа. Артур перезнакомился с охранниками игровых контор и снабдил вновь завербованных – в основном, молодых немажорых парней - мобильными телефонами. Теперь охрана сама названивала, когда очередной залетный клиент наполнял аппараты под завязку. Не забесплатно, конечно.
Нормальный рабочий день Артура – это восемь-десять часов. Или за автоматом, или в пути. Заработок – от пятидесяти до пятисот долларов. Хотя из хорошо накормленного аппарата иногда можно вытрясти и несколько тысяч. И тоже бывало.
Бывали у Артурки и крупные попандосы. Однажды по его любимой сети казиношек внезапно взяли и перепрограммировали аппараты. Бился, говорит, об них чуть не головой, все накопления спустил, а не срабатывает система! Пошли голодные дни и длились они ровно до звонка из Москвы: это земляк разузнал, как нужно воевать с новой версией программы.
Я поначалу искренне испугался, что Артур заболел игрой. Страшная вещь, сам такое видел не раз… Ан нет, никакого азарта, говорит.
- А то идем, - разгорячился Артур, - прямо сейчас покажу. Будешь знать Большой Армянский Секрет! Забрасывай свою работу: так можно жить, поверь. Ты – хороший парень, я – хороший парень… Будешь играть. Вот такой тебе подгон.
- А вдруг соглашусь, что тогда, Артур? - усмехнулся я. Шутит, думаю. А он взял и рассмеялся так, что я понял – не шутит:
- Тогда сразу договоримся: по моим точкам твоя – только первая половина дня: я спать люблю. У меня постоянных шесть точек. В других играй сколько угодно.
Я подумал и… отказался. Тогда мне показалось, что жить с игры – это как у черта деньги брать. Хотя Артур уже несколько лет так живет, и – ничего. Но я - поблагодарил и отказался. А теперь вот думаю: может, зря? Может, дурак?
Дурак??