Они стояли очень близко друг к другу. Очень близко. Гораздо ближе, чем принято среди людей, впервые видящих друг друга. Пресловутая сорокасантиметровая интимная зона давно была нарушена - они чувствовали переходы тепла в телах друг друга, запахи тела, прикосновения волос.
Они молчали.
Он был чуть выше. Он видел ее чистый лоб, кусочек стройной шеи и обнаженные плечи с чуть бархатной кожей. Через жар ее тела он ощущал запах. Запах проходил через нос и как-то мгновенно растворялся в пальцах, заставляя их судорожно сгибаться: запах чистого тела, примесь очень шедших ей духов и тонкая терпкая нота женского пота, которые в сумме давали эффект феромона. Он даже немного шевелил ноздрями, пытаясь не потерять ни одной нотки аромата, от которого играли желваки и напрягались бедра. Он осторожно и как-то даже трепетно любовался ее открытыми плечами, чуть отклоняясь назад, смотрел на ложбинку меж вздыбленных юных грудей с чуть торчащими сосками, иногда чуть наклонялся к шее, борясь с искушением прямо сейчас впиться в нее долгим поцелуем, почувствовать ее вкус на языке, провести по ее коже языком и в итоге оставить алый огромный засос. Однако он сдерживался и только иногда, пользуясь моментом украдкой прикасался рукой к ее телу, чувствуя его жар и упругость.
Она смотрела на него чуть снизу, украдкой. Она чувствовала его дыхание, чистое, с легкой примесью хорошего табака, ощущала запах дорогого афтешейва от чисто выбритого подбородка и тепло тела, смешанное с каким-то сумасшедше возбуждающим одеколоном.


Он был горяч, как мартеновская печь, и она физически ощущала его влечение, его сдержанное, загнанное внутрь желание взять ее прямо здесь, по-животному, как самку - и от этого ощущения внизу живота становилось горячо, и ее она почувствовала, как ее трусики намокают, а к соскам бегут мурашки, заставляя их предательски напрячься. Она чувствовала кожей, как он смотрит на нее, как вдыхает ее запах, нервно в голове поблагодарив всевышнего, заставившего ее сегодня с утра вымыть голову. Она украдкой опустила глаза вниз, секунду задержала взгляд и сразу отвела его в сторону, медленно наливаясь пунцовым цветом - у нее совсем давно не было мужчины, она совсем забыла эти ощущения и сейчас ее голова все больше наливалась туманом, а трусики можно было выжимать. Она, конечно, чувствовала, как он украдкой прикасается с ее телу, очень нежно, как бы мельком, случайно - и это ее возбуждало все больше, она понимала, что нравится ему. Она сжимала кулаки и кусала нижнюю губу, борясь с желанием вцепиться руками в столб его шеи, взять в рот его язык и всосать в себя, обхватив его бедра ногами...
Они стояли молча. Очень близко. Очень...

Затем он наклонился к ее уху, обдав ее запахом одеколона и втянув носом ее духи, сказал:
- Вы выходите?
И, вежливо отодвинув ее в сторону, вышел из вагона метро и направился в сторону, куда стеклянно-белый указатель стрелкой направлял пассажиров к выходу в город.

спёрто