Дело было в бомбардировочном полку, расквартированном на Украине, еще в советское время. На вооружении полка стояли самолеты, обладавшие одним интересным свойством. Если при посадке остаток топлива был меньше, скажем, 1 тонны, то после окончания пробега самолет заваливался на хвост - из-за особенностей центровки. Поэтому во время полетов остаток топлива
контролировали очень тщательно. И вот, идут полеты. Руководитель посадки (РП) управляет очередностью посадки - у кого остаток меньше, садится первым, у кого побольше - загоняют в зону ожидания. Каждый подходящий борт называет свой номер и
остаток топлива. Вдруг - в эфире звучит чужой номер. РП (на автомате):
- Доложите остаток! Чужой (с удивлением):
- Полтонны...
На КП возникает нехорошая тишина. Все понимают, что для бомбера, турбины которого жрут керосин, как бегемот веники, полтонны - это "на одну затяжку". РП: - Доложите положение шасси! Чужой (весело): - Шасси не убираются и не выпускаются!
Начинается аврал. Срочно расчищается коридор, медики и пожарные прыгают по тачанкам и несутся к предполагаемому месту катастрофы. Напряженное ожидание. И вдруг - над полосой показывается "кукурузник" Ан-2 с раскоряченным шасси, которое убрать можно только отпилив, а емкость топливных баков никогда не была больше 700 кг. Этот урод перепутал аэродромы и, уж заодно, решил пошутить. Говорят, что после посадки экипаж ловили всем расчетом боевого управления.
(с)