Еду я на своей "шестерке", дело к вечеру. Тормозит гаишник. Видимо, только-только в органы попал - на вид лет двадцать, худющий, шея длинная, лицо дибиловатое, но преисполненное ответственности и служебного рвения.
Четко представился, взял документы и бдительно все посмотрел. Потом попросил багажник открыть. Номер на двигателе тщательно проверил. Ну, думаю, все, наконец, поеду дальше. Ан нет. Включает он рацию и так серьезно запрашивает:
- База, это семнадцатый, пробейте по компьютеру, не числится ли в угоне машина с таким-то номером.
Стоим, ждем, из рации только треск и отрывки фраз. Проходит минута.
Другая. Он снова повторяет свой монолог про проверку моей машины на угон. И снова тишина. Тут он в третий раз уже:
- База, это семнадцатый, пробейте по компьютеру, не числится ли в угоне машина с таким-то номером.
Из рации громко раздается усталый раздраженный голос:
- Семнадцатый, а, семнадцатый, иди на х@й, зае@ал уже!
Я с неким злорадством смотрю на него, он четко поворачивается ко мне, козыряет и, отдавая документы, произносит:
- Все в порядке, можете ехать.
(с)