В начале девяностых мой друг Яков Попович, являясь учителем обыкновенной средней школы и руководителем туристического клуба «Ушан», отправился со своими учениками на весенних каникулах в Крым, в район Ай-Петри. При этом с собой в данное путешествие Яша взял только учеников 10 - 11 классов, а также по моей просьбе и меня, записав в путевой лист в качестве заместителя руководителя группы по безопасности (учитывая мой 3 курс Высшей школы милиции). Все путешествие проходило удачно. Несмотря на то, что в горах лежал снег, климат позволял на отдыхе ходить довольно легко: в маячках, шортах и шлепанцах. Чем и воспользовалась, несмотря на наши замечания, женская половина группы. После обеденного чаепития погода стала сильно ухудшаться. Мы решили разбить лагерь на одной из обнаруженных площадок. Пошел снег, но погода еще не предвещала ничего плохого, предупреждая нас лишь низкими тучами о том, что скоро я вам устрою «кузькину мать». Одна девушка-школьница по имени Оксана, игнорируя наши замечания, слишком яро реагировала на местную природу и горы, которые ее возбуждали и будоражили. Она проявляла неслыханную любовь к экстриму и потому, аки газель, прыгала по камням. В конце концов, схватив дозу крымского природного оргазма, она наебнулась!!! Налетела на сук можжевельника и мы впали на секунду в ступор… Между большим и указательным пальцами правой ноги вошел огромный сук! Вытащить его в палаточных условиях не представлялось возможным. Погода, между тем, испортилась окончательно – начался обильный снегопад и налетел ветер. Стемнело. Девка плачет от боли. Что делать?

Консилиум, состоящий из меня, Яши и второго руководителя - Авдотьи, принял решение: я с Поповичем берем пострадавшего ребенка и спускаемся с гор.
- Дотяните? – спросила Авдотья.
- А что, есть возможность по-другому вытащить у нее из ноги древесину? – спросил я.
- Ладно. Мы с Саней берем Оксану и несем ее в больницу, - спокойно ответил Яков, - Вы продолжаете идти по маршруту в исходную точку. Оденьте девчонку и закрепите эту гребанную занозу в ее ноге!!! Дайте ей обезболивающее!!!
- Кроме анальгина у нас, Яша, нихуя нет! – ехидно заметила Авдотья.
- Спирта дадим, - спокойно констатировал я и мы вылезли из палатки.
По истечении 10 минут, когда потенциальный пациент хирургии был одет, я влез в палатку и посмотрел девчонке в глаза. Раненая была бледна и испугана.
- Болит? – тихо поинтересовался я, задав глупый вопрос.
- Угу-у-у, - простонала девчонка и из ее глаз потекли слезы.
- Не переживай, Ксюха, - улыбаясь, сказал я, - Бывает хуже. Сейчас спустимся с горы, дойдем до поселка и созвонимся с больницами. Все нормально будет.
- Я боюсь…
- Чего? – удивился я.
- Ну…, - потупила глаза Оксана, - Вдруг вы меня не донесете и …
- Ксюха!!! - строго оборвал я подростка, - Я не Яков Анатольевич и ласково говорить не буду. Могу сказать так, как у вас написано в лифте в доме и в школьном туалете!!! Поняла???
Раненная «газель» смотрела на меня круглыми глазами, хлопала ресницами, и мне показалось, что на время она забыла о боли. Из рюкзака я достал флягу спирта, разбавил его водой и развернул карамельку.
- Пей, - сказал я, протягивая ей кружку «анестезии» с конфетой.
- Я не умею…
- ПЕЙ!!! – гаркнул я.
Оксана вырвала из моих рук кружку и залпом пропустила в себя. Из ее глаз еще сильнее потекли слезы. Карамелька в рот влетела уже на автопилоте.
- А теперь приляг, - спокойно сказал я, накрывая ученицу спальником, - Как соберемся мы тебя позовем. Я вылез из палатки.
- Как понесем?
- Сейчас что-нибудь придумаем, - ответил Яков, собирая в рюкзак все необходимое.
- Нехуя думать, - констатировал я, - Понесем на каркушках.
- Как?
- На себе, бля, - зарычал я, - Так быстрее будет.
Через 15 минут я, усадив Оксану на спину, а друг, взяв собранный рюкзак, двинулись в непогоду. Через километр пути я еще влил в ученицу, в друга и в себя по «соточке» разведенного спирта. Усталости я не чувствовал, тем более у меня, то с правого, то с левого уха раздавалась веселенькая песня раненой «газели»: «Границы ключ переломлен по полам, а наш батюшка Ленин…». Минуя перевал, мы вышли на большую дорогу и решили сделать привал в ожидании транспорта. От меня и Яши, как от хороших скаковых меринов после скачек, парило. Больная находилась в состоянии анабиоза. Алкоголь, песни, снег и холод сделали свое дело.
- Пятнадцать минут отдыхаем. Если транспорта не будет, то в путь, - сказал Яша и скинул рюкзак.
Я аккуратно стащил с себя раненую Оксану и поудобнее устроил ее спиной к рюкзаку.
- Яша, - тихо спросил я друга, - Сколько, примерно, по твоим расчетам, до ближайшего населенного пункта?
- Пять или шесть километров, - уверено сказал старший и закурил, - Может мне понести?
- А какая хуй разница: тащить твой рюкзак или эту ученицу. Вес одинаковый, но твой сундук петь не умеет.
- Александр, Яков Анатольевич, я замерзаю, - раздался пьяный голос «трехсотой».
- Споили дитя, - грустно утвердился Яша в своем выводе и позволил на правах руководителя выделить Оксане 50 граммов «обезболивающего». Что и было незамедлительно мною выполнено. Крупные колючие хлопья снега врезались в наши лица.
Не успел Яша посадить мне на каркуши ученицу, как она заплетающимся языком, но отчетливо проговорила:
- Впереди огоньки…
- Это звезды галактики или твои пьяные галлюцинации, - тихо проговорил я и поплелся по дороге.
- МАШИНА! – заорал Яша, показывая рукой по ходу движения. Я поднял глаза и увидел в темноте свет от двух фар.
- Попович, держи деваху, - заорал я, сбрасывая с себя раненую на руки ее подоспевшего учителя, - Я постараюсь остановить…
Выбежав на середину дороги, я, размахивая руками, предпринял попытку остановить приближающийся автомобиль. Моя обнесенная снегом одежда и красные от радости и спирта глаза сделали доброе дело. «Шишига» остановилась. Я подбежал к двери со стороны пассажира и открыл дверь. За рулем сидел «срочник» в звании сержанта, а рядом лейтенант пограничник.
- Ну и что Вы желаете нам поведать, - спокойно спросил офицер.
- Тащ лейтенант, тут такое дело…, - и я четко доложил суть нашей проблемы.
- Хуясе, туристы ?!- удивился литёха и выпрыгнул из кабины, при этом дав какие-то ЦУ своему подчиненному.
Долго объяснять им не пришлось. Через полчаса мы были на территории воинской части, а еще спустя некоторое время ожидали результатов операции в приемном покое больницы, спокойно и без напряжения попивая спирт в теплых, оббитых дерматином креслах.
- Хорошо…, - в полудреме говорил Яша.
- Заебись, - в такт ему вторил я.
- Главное, чтобы с девчонкой все было в порядке, - нервничал лейтенант-пограничник.
- Не ссы, граница! – успел сказать Яша и отрубился у меня на плече.

PS: Через несколько минут, упакованная в гипс, из операционной выхрамывала улыбающаяся Оксана. Мы отправились в гостиницу.
PSS: Спустя 3 года мы очень здорово погуляли на свадьбе Оксаны и старшего лейтенанта погранвойск Владислава К. Счастья вам, ребята, и… горько!!!

© Важняк