Иногда мне думается – а что было бы, если бы я родилась мужчиной, а не такой прелестной хрупкой барышней – мечтой поэта? Итак, если бы я была мужчиной...

Я бы носил костюмы по будням, а по выходным — прямые джинсы и свитера грубой вязки.

Моё постельное бельё было бы стильно кремовым, иногда чёрным, и девушки гадали бы, что за ополаскиватель заливает в машинку моя домработница.

Я умел бы виртуозно смешивать коктейли.

В моей машине пахло бы «Кензо» и немного сигаретами.

Я бы любил виски со льдом из стаканов толстого стекла.

Я не вызывал бы такси, я бы отвозил девушку домой. По утрам я бы готовил девушкам кофе и поджаривал тосты.

Я не забывал бы делать комплименты девушкам.

И замечал бы, что она «замечательно подстриглась».

Я бы любил собак и детей.

Но от разговоров о собственных наследниках ловко уходил.

Я бы подавал девушкам пальто и руку, когда она выходит из машины.

Но от разговоров о предложениях руки и сердца я бы ловко уходил.

Настолько ловко, что у девушек не оставалось бы сил после очередного оргазма завести этот разговор.

На вопрос: «Я не поправилась?», я бы отвечал: «Господи, милая, миллионы девушек отдали бы всё, чтобы выглядеть так же прекрасно как ты».

На жалобу: «Мне нечего надеть», я предлагал бы взять мою кредитную карточку и про­бежаться по магазинам с подружками, а потом побаловать себя чем-то вкусненьким.

Я бы ненавидел футбол.

Я бы ненавидел пиво.

Я бы никогда не говорил: «Детка, возьми Его в рот».

Я бы не сворачивал девушек в гордиев узел, чтобы похвастаться великолепным знанием Ка­масутры.

Я бы не спрашивал: «Ну что, тебе понравилось?», я бы говорил: «Хорошая моя, это было пот­рясающе».

У меня были бы красивые руки и подтянутый зад.

Я бы не метался, как придурок, по дороге, а водил бы машину плавно, но без излишней акку­ратности.

Я бы помнил, как зовут её маму, и когда у неё день рождения.

Я бы не перебивал девушек.

Иногда я бы звонил просто для того, чтобы сказать «я соскучился».

Если бы девушке было плохо, я бы не рассказывал ей, что нужно сделать, я бы гладил её по голове и соглашался с тем, что «Светка-секретарша полная идиотка, таких поискать надо».

Я бы закручивал тюбик зубной пасты, но не расставлял свои чашки ручками вправо.

Я бы забирал девушку с девичника и не приставал бы с неумной жаждой секса, когда она бо­леет.

Я бы заваривал им чай и делал массаж ног.

Многочисленные девушки были бы записаны в телефонной книге не «Маша-минет» и «Света-так себе», а «Василий Иванович, дизайнер» и «Светлана Мефодиевна, бабушка Вани».

Но однажды я бы пропал без объяснений…

В общем, я была бы такой же стервой, как и та барышня, что родилась девушкой :)