Короче бухали мы в общаге: дёшево и сердито, от института близко. Так вот, мой друг Андрюха пить не умеет совершенно, всегда нажирается обязательно.
В какой-то очередной праздник, он не нарушая традиции доходит до кондиции, начинает бузить и пр. Дабы разрядить обстановку и не смущать девочек, мы укладываем Андрюху в соседней комнате, у друзей. У койки разместили тазик, чтоб упразднить возможное неудобство со стороны Андрюхи. Закрыли его, чтобы не понесла его нелёгкая куда-нить. Ага, значит, продолжили без него. Утром вспомнили об арестанте, опохмеляясь пивом, и давай туда, как он мол. Врываемся — и чё мы видим? По-прежнему мертвецки пьяного Андрюху, и рядом с кроватью 3-литровую банку, в которой жил хомяк. Ангорский, вонял неимоверно, хозяева ему кличку так и не проидумали, звали Вонючкой.
<< Так вот, на дне этой банки Андрюхины ссаки, Хомяк уху*вшими глазами смотрит на нас, сцепившись передними лапками за край банки.
<< Как он туда допрыгнул — неведомо, но смысл фразы «Жить захочешь — и не так раскорячишься» с тех пор мне понятен.