Игорь Безродный
"Одиночество"

Расставание

'Все кончено', эта фраза прозвучала как приговор, как же сложно было произнести те два коротких слова завершающих целый этап моей жизни. Она не плакала, думаю за последние восемь недель слез не осталось у нас двоих, но я видел все в ее глазах, в ее бездонных серых глазах, эту боль, это разочарование и тот слабый отблеск надежды, что все происходящее всего лишь плохой сон. Я думаю, мы оба знали, что этот момент настанет, иллюзия счастья разбилась уже давно и в последнее время, отчаянно пытаясь собрать осколки наших отношений, мы лишь больше ранили друг друга. Неопределенность быстро превращалась в чувство полной безысходности, кто-то должен был решиться сделать первый шаг. Позволив себе последнюю слабость, я наклонился к ней, прикоснувшись к ее нежным тонким губам, в один миг заново пережив все то, что было с ними связано, тяжесть момента стала почти невыносимой. Когда закрылась дверь, я понял, что больше ее не увижу, сердце заполнила холодная давящая пустота...

Изоляция

Темная кухня, маленький стол заставленный горой немытой посуды, я делаю выдох и наблюдаю, как моя прошлая жизнь растворяется в этом затхлом воздухе вместе с белыми клубами сигаретного дыма. Я теряю счет времени, проходят, минуты, часы, а я все сижу, глядя как под потолком скапливается вязкая дымка. Предметы теряют очертания, а грань между реальностью и сном становится все тоньше. Сигнал телефона возвещает о входящем сообщении. Я их не читаю, они не имеют смысла, лишь пустые слова людей которым на меня плевать. Краем глаза, прежде чем гаснет экран, я успеваю прочесть эти несколько строчек. 'Скучаю. Прошу вернись'. И снова сжимается сердце, ком становится в горле, но решение принято, я отключаю телефон...

Меланхолия

Я сижу в пустой квартире, заключенный среди бетонных стен, запертый в этой холодной тюрьме. Последнюю неделю я едва ли спал, почти не ел, даже дышать и то нет желания, время тянется мучительно долго, а я просто сижу на холодном подоконнике лицом к лицу с всепоглощающим одиночеством. Взгляд сам стремится вниз, к тому огромному миру полному счастливых людей, которых даже декабрьский холод не может выбить из привычной колеи жизненной рутины, к бескрайнему серому небу затянутому грозовыми тучами, к черному асфальту в девяти этажах подо мной. Я смотрю вниз, и в голове мелькает странная мысль, ведь между моей тесной клеткой и тем большим свободным миром всего лишь тонкое стекло...

Отрицание

Раздаётся звонок в дверь, конечно же, я никого не жду, сейчас я никого не хочу видеть, меня нет дома, пусть все оставят меня в покое! И снова тишина, давящая тяжелая тишина ставшая для меня такой родной, она поглощает меня не оставляя ничего кроме пустоты в груди. Снова звонок, этот короткий пронзительный звук мешающий думать. Еще один, за ним следующий, этот звук действует на нервы, выводит из равновесия, кто бы там ни был, хочу, чтобы он просто ушел. Стук в дверь, я больше не могу это выносить. На пороге в белом пальто укутавшись в шарф, стоит она. Она всегда была мне хорошим другом, всегда помогала, поддерживала. Мы так давно не виделись. Она ничего не говорит, не делает, просто смотрит мне в глаза. Чего она хочет, зачем пришла...

Избавление

Поезд уверенно несётся через степь, я, прижавшись к запотевшему окну, наблюдаю за меняющимся пейзажем. Мимо проносятся поля, деревья, одинокие постройки, с каждой секундой мы что-то оставляем позади, двигаясь вперед. Я не знаю, где окажусь в конце пути, в общем-то, это меня и не волнует. Рядом сидит она, она молчит, слова сейчас не нужны, она меня понимает. Тяжело вздохнув, она подвигается ближе, не говоря ни слова, обнимает сзади, прижимает к себе, ее тепло согревает, размеренное дыхание над левым ухом успокаивает. Мой взгляд все прикован к замерзающей природе, моя рука сжимает ее руку. Поезд несет нас вперед, только вперед...

Восстановление

Номер в отеле. Я все еще не знаю где мы, я не хочу знать, мне всё равно. Тесная комната, тусклый свет торшера, полная пепельница на столе, мы говорим всю ночь. Я говорю, она слушает, слушает внимательно, не перебивая, ловя каждое слово. Говорить легко, за время моего заточения слов накопились много, они переполняют, рвутся наружу. С каждой высказанной фразой становится все легче. Потом мы смеемся, я не помню от чего, не помню, как все началось, это не важно, мне хорошо. Она остается рядом до тех пор, пока с первыми лучами солнца я не проваливаюсь в сон...

Адаптация

Прошло две недели с тех пор как мы вернулись. Снова дома, снова эти серые стены, привычная рутина, скучная жизнь. Мне одиноко, я устал, сил совсем не осталось. В последнее время я слишком занят, чтобы грустить, я начинаю привыкать, я начинаю втягиваться. Сидя перед монитором мне не до проблем, цифры, линии, цвета, вот что сейчас важно. Я беру в руки чашку с остывшим кофе и смотрю на часы – уже почти семь. Раздаётся звонок в дверь, как же я этого ждал, так хочу ее увидеть. На пороге в белом пальто укутавшись в шарф, стоит она. Мы часто видимся, но я уже успел соскучиться. Глядя мне в глаза она с улыбкой говорит "привет". Так хорошо, что она пришла...

Продолжение

Начало марта, мир вокруг медленно оживает, приходит в норму. Мы идем по улице под руку, и ничего больше не имеет значения. Вокруг местами лежит снег еще не сдавшийся робким лучам весеннего солнца, легкий ветер треплет волосы, а мы согреваем друг друга своим теплом. В толпе людей я замечаю краем глаза знакомую красную куртку, принадлежащую той, кого я когда-то любил. Она идет навстречу, явно в спешке, говорит по телефону. Расстояние сокращается, она замечает меня и дарит легкую, едва заметную улыбку, я улыбаюсь в ответ. Проходя мимо, мы на какой-то миг соприкасаемся плечами и расходимся каждый своей дорогой. Я благодарен ей за все, что между нами было, нам было хорошо. Я двигаюсь дальше, двигаюсь вперед под руку с той, которую люблю.