СТ – семейники – знаковый предмет советского быта 1930х –1990х.гг. До 1960х были, вкупе с кальсонами, безальтернативными видами мужского нательного белья.

Произошли от популярной в 1920-е годы формы физкультурников, боксеров и футболистов. Название «семейные» получили, по видимому, в силу расширения своей функции: советский мужчина – муж, дед, отец использовал СТ не только как предмет интимного туалета, но и как неглиже, проводя досуг в кругу родных именно в них.. Несколько поколений советских детей были воспитаны мужчинами, одетыми в СТ.

В особых случаях – таких, как переодевание к обеду в домашнем кругу – СТ комбинировались с майкой. В 1959 году «Краткая энциклопедия домашнего хозяйства», предлагая шить бельё для мужчин из бязи, мадаполама, шёлкового полотна, гринсбона, сатина, штапельного полотна, трикотажа определяла длину трусов в 1/2 длины от талии до колена плюс 18 см для всех размеров.

Таким образом, средняя длина СТ определялась в 48см. Окружность же нижней части штанины должна была быть равной 64 см.

Фасон СТ, называвшихся в официальной номенклатуре швейных изделий 1930х годов «трусы упрощенные гладкие» не претерпел изменений в период их активного бытования.

Однако орнаментовка, появившаяся, вероятнее всего, в вольнодумный период хрущевской «оттепели», отличалась выдающимся для предметов мужского белья стилевым диапазоном: от народного искусства до тенденций оп-арта. СТ пошивались из любых, кроме светлых, сатинов и ситцев, производившихся отечественной лёгкой промышленностью.

Удар, не сокрушительный, но ощутимый, нанес СТ проникший в СССР из Европы стиль модов. Узкие брюки стиляг не предполагали ношение такого исподнего как СТ, и часть населения предпочла им сатиновые плавки.

Постепенно развитие трикотажной промышленности уничтожило объективные предпосылки бытования СТ, однако, парадоксальным образом , они не только не исчезли, но и в 2006г не воспринимаются как анахронизм. Проще всего интерпретировать этот феномен как случай спонтанного параллелизма цвето- и формо- образования СТ и объектов, порождённых актуализацией современных дизайнерских концепций, но такое истолкование представляется излишне механистичным.

А вот гендерных психофизиологических аспектов в их национальной инварианте – т.е. проникновение в тайну загадочной мужской русской души, – может дать в будущем разгадку такого уникального явления, каким Семейные Трусы являются для отечественной культуры.