Вообще тестирования в школах ужасно забавная вещь.
Все шло более-менее гладко, и я уже начинала расслабляться, как коварная тетенька задала вопрос, повергший детку опять в ступор:
— Для чего клеят марку на письмо?
Ребеночек долго молчал, вежливо улыбаясь и напряженно думая, и, наконец, сознался, что не может придумать, для чего. Тетенька проводила нас до дверей и от ободрений ее мне становилось тошно. Ну, с математикой проблемы нет — научат тут детку прибавлять один к разным числам. А вот жизненный опыт…
Вопросы про марки и молотки были именно на определение — насколько ребенок втянут в общество и знает реальность. По дороге домой детка продолжала серьезно думать. Нет, что такое марка она знала. У нашего знакомого, редкостного зануды, марок красивых были полные альбомы. Он держал их как справочные материалы. Зайдет ли речь о собаках, и я не могу вспомнить название породы с лиловым языком, поспорим ли мы, в чьей картине Леонардо написал первого своего ангела – притаскивались альбомы, укомплектованные по темам — и там мы находили ответы. С марками было понятно. А вот с письмами… Она подняла лицо из своей задумчивости и спросила:
— Мам, я вот все думаю… а куда они марку клеят? на монитор?
И тут я поняла, что детка в жизни не видела обыкновенного письма! Написать-отослать-получить письмо — это всегда означало компьютер. Я обалдела.
Придя домой, я достала красивую книжку с диснеевскими картинками. Вообще-то это был словарь английского, но уж больно хорошо организованный — по темам. На странице с почтой три упитанных свина в матросочках несли письмо в конверте, бросить в тумбу на улице. А дальше письмо начинало свое долгое путешествие — почты, сортировки, штемпели, машины, поезда, опять машины, опять сортировки… В самом конце кто-то, едва поместившийся на странице, вынимал письмо из своего почтового ящика.
С горящими от восторга глазами (я же ребенку открываю устройство мира!) я рассказала ей весь путь письма. Видишь, деточка, как много людей над этим работало! Деточка подняла на меня взор без тени восхищения процессом и вдумчиво, слегка страдая от дебилизма взрослых, спросила:
— У них что, сеть барахлит?