*************
Русские стали приезжать всё чаще. А я всё чаще стал ближе к вечеру закрывать заправку. Через две недели я расплатился с Лёнчиком. Он недоверчиво повертел в руках деньги и устроил инвентаризацию. У меня всё сходилось. Масла, жидкости, сигареты и прочая дребедень сохранно стояла на местах на общую сумму в почти четыре тысячи долларов. В этот же день, я познакомился с Резо. Он приехал на своём минивэне и предложил мне взять у него на реализацию американских контрабандных сигарет. Днём раньше я бы не думал, но после сегодняшнего шмона я засомневался. Резо пожал плечами, проговорил с акцентом, что ещё заедет и умотал во тьму к озеру. Я смотрел ему в след. Мне стало грустно и я вспомнил, что у меня в кармане лежит давнишнее письмо Лемперта. Вывесив табличку я сел за ответ. Минут через десять, в будку постучался полицейский. Пока я тужился над письмом, ограбили «Бивер». На той стороне стояла пара машин с мигалками и сновали полицейские. Бухаря опрашивала пара человек в штатском. Его похоже трясло и он отхлёбывал пиво из банки крупными глотками. Если бы не табличка «закрыто», то пиво крупными глотками вполне мог бы пить я.

**************
Папашу никуда не брали. Он сидел часами на кухне с Йосиком и курил. Йосик тасовал колоду карт и предлагал варианты. Можно было делать легальную иммиграцию через посольство в Мексике или подать у франкофонов. Но нам никакие варианты не подходили. Денег не было. Время от времени, папаша убегал к инструменту, что — то наигрывал и достав из — за уха карандаш набрасывал в нотной тетради. Вчера выслали Сидора с его продутыми мозгами, женой и эрдель терьером. Йосик считал, что он их и спалил и у беженцев по религиозным соображениям собаки быть не может. Джоан с Робертом уехали на гастроли в Калифорнию. Во дворе стало пусто и понемногу желтели листья. Я решил копить. Перестал играть в лотерею и разъезжать на такси. Матушка продолжала по ночам стирать бельё в больнице и я отводил глаза от её красных рук. Мне позвонил Резо. Договорились встретиться после смены на заправке. Перед работой я пошёл и купил себе новые очки. Как у Джека Николсона в «Китайском квартале». Ехав в трамвае, я рассматривал себя в бесконечных отражениях города. Несколько раз, с проносящихся навстречу трамваев, мне улыбалась она. Мы бы были отличной парой.

***************
Приехал Резо и мы пошли пить кофе. Он рассказывал мне про Сухуми и обезьяний питомник. Про бабуинов с красными кожаными жопами было очень круто. Особенно как они точат красные карандаши перед изумлёнными мамашами с детьми, а закончив просят за представление еду. Потом он мне изложил свой план. Мне он не понравился, но прикинув я подумал, что это не так уж и плохо. Договорились подождать подходящего момента. Он предложил подбросить меня домой, но я отказался. У Ли ещё было открыто и я зашёл поглазеть на новую красную кожу, которой тот обтянул салон. Он разрешил мне сесть за руль и сделать круг по заправке. Мне понравилось. Отличная машина. Когда он всё закончит, мы обязательно поедем куда — нибудь прокатиться с ветерком. На углу Чёрч и Квин как всегда стояли девушки. Я уселся напротив в доннер кебаб, взял себе шварму с хумусом и смотрел как подъезжают и отъезжают машины. Резо придумал отличный план. Он вообще хороший парень. Хоть он и был старше лет на пятнадцать и повидал всякого, разговаривал он со мной как с ровней. Если бы только всё выгорело как он придумал. Тут к девушкам подкатил синий ржавый Бьюик, почти такой же как у Йосика. К нему подошла симпатичная негритянка и выгнув спину нагнулась к окну. Поулыбавшись и показав сиськи, она села назад. Мне не было видно номеров, но когда машина сворачивала за угол, мне показалось что за рулём Йосик, а рядом с ним блестит лысина папаши. Я метнулся домой. Матушка при свете ночника зашивала мне разошедшиеся джинсы. Папаши не было.

****************
Утром он ходил по кухне, наливал себе воду из крана и искал свою дерматиновую книгу. Я жевал яичницу и смотрел в окно. Папаша допекал матушку, но та лишь вытирала руки о фартук и виновато смотрела на него. Я собрался и ушёл. У меня сегодня было две смены, утро и вечер. Моего сменщика уже пару дней как искала иммиграционная полиция и он свалил в Виннипег. Я остановился проходя мимо мусорки и достал её. Маленькие циферки извивались пока огонь не схавал их со всей папашиной экономикой. Прикурив от последнего листа, я пошёл работать. Стояли последние летние деньки и ощутимо пахло осенью. На заправке меня поджидал Лёнчик. Он смотрел мне в лоб и багровел. Из банка пришли слипы карточек, которые я молотил последние пару месяцев. Он тряс ими перед моими отличными новыми очками. Там было тысяч на семь, но это была клевета. У меня дома лежало тысячи две с половиной и даже если к ним прибавить всё что я потратил на Сванк, такси, новые очки и колбасу на углу, то больше трёх никак не выходило. Хотя ещё пятьсот я дал матушке. Он пугал меня ментами и депортацией. Я говорил, что ничего не знаю. Слипы как слипы, приезжали люди, я их обслуживал. Сдать он меня не мог. Ему за трудоустройство нелегала прикрыли бы бизнес. Он кипешевал бы ещё, но начали наваливаться машины и Лёнчик потоптавшись уехал. В Торонто Сан написали, что с понедельника вырастут цены на бензин.

*****************
В восемь утра субботы, я влез на табло «Пионера» и установил цену на пять центов дешевле чем на «Бивере». Бухарь с начала заметался, но к полудню осознал своё счастье и уселся без движения прикрыв морду газетой. У меня же хвост из машин вываливался на Квин и мешал с трудом проталкивающимся мимо трамваям. Всё складывалось просто отлично. Лёнчика можно было не ждать до понедельника. Он в субботу отсыпался после посещения ресторана «Дайнасти Стар», а в воскресенье приходил в себя после «Кавказа» или «Ностальджи». За день я нарубил честных несколько тысяч. С пятничными у меня в сейфе уже было наверное тысяч шесть. Я не считал. Уже не было смысла. К позднему вечеру очередь за дешёвым бензином рассосалась. Стало тихо. Мои буддисты сидели по домам на канистрах и синячили пиво с чипсами. Ветер от багрянных всплохов зарниц на озере погнал красно жёлтые листья вдоль тротуаров. В раздолбанной трубке долго дребезжал зуммер. Я упёрся лбом в чуть прохладное стекло будки. Мимо пронесся трамвай. Её не было. Во весь борт была гладкая и толстая сосиска с кетчупом. Резо ответил на другом концне провода. Его было плохо слышно.

******************
Весть о моей цене быстро разнеслась по району и похоже не только. Среди траков с кленовыми флагами и подржавевших монстров из предкризисного периода начинали попадаться нормальные машины. Приезжал даже Ягуар с откинутым верхом и девятьсот пятьдесят девятый. Даже Ли вышел на него смотреть. Я виртуозно влил бензин не проронив ни капли на серебристый толстый бок и получил пятёрку на чай. Но всё это уже было неважно. Только время тянулось очень медленно. Я просил об одном, только бы не приехал Лёнчик. Не сегодня. Я едва успевал сбрасывать конверты в сейф. Часов в восемь всё начало успокаиваться и к десяти совсем остановилось. Её действительно сняли. Мимо проносились сардельки через одну намазанные кетчупом или горчицей. В четверть одиннадцатого, бухарь закрыл «Бивер» и махнул мне рукой. Я махнул ему в ответ. Ли не было видно. Я достал отвёртку и ключ взятые у отца и начал откручивать болты, которые крепили сейф к полу. Несмотря на свой внушительный вид, они достаточно легко поддавались и уже через минут двадцать открутился последний. Я попытался сдвинуть ящик, но самому мне было не справится. Он появился ровно в одиннадцать. На пальце печатка с чёрным камнем, а на груди сквозь расстёгнутую рубашку куда — то садящееся солнце. Захотелось спросить об этом, но время было неподходящее. За те пять минут, что мы грузили в минивэн сейф я обильно пропотел. Болты, ключ и отвёртку, я бросил в салон вместе с семью коробками сигарет. Жалко было оставлять. 140 блоков. Это ещё почти три тысячи. Резо прыгнул за руль и спросил сколько в сейфе. Я сказал, что должно быть больше десяти. Он присвиснул, подмигнул мне и укатил по Лесли в сторону озера. Я выкурил сигарету и набрал телефон полиции.

*******************
Их приехало много. С начала примчалась патрульная и спросив куда уехали грабители умчались в сторону противоположную озеру. Потом оглушая округу сиреной на заправку влетела скорая. Парамедик быстро осмотрел меня и тоже укатил. Через минут десять прикатил бордовый Кадиллак. Из него вышли два детектива в костюмах. Один, который поменьше ходил кругами, а второй беседовал со мной в киоске, где на месте сейфа на полу зияла квадратная лысина. На лбу была испарина, меня чуть подтрясывало и я как мог рассказывал лейтенанту про трёх негров на цвета спелой вишни пикапе со большим чёрным пистолетом, ножом и вообще про то как всё было. Двое были из «Поездки в Америку». Эдди Мерфи и Арсенио Холл из эпизода когда они приходят свататься к шоколадке домой, а третий Вэсли Снайпс из «Пассажира 57». Чёрная кожаная куртка, фиолетовая рубашка, светлые джинсы. Потом приехал представитель страховой компании и долго заполнял какие — то бланки. Последним прикатил на своём шарабане Лёнчик. К этому времени маленький уже вышел от Ли и принялся за Лёнчика. Тот был с тяжёлого бодуна и вообще не понимал что происходит. По кассе стало понятно, что в сейфе было тринадцать с хвостиком тысяч наличных долларов. Плюс сигареты. Лёнчик смотрел мне прямо в глаза и ничего хорошего я в них не читал. Но мне было всё равно. Просто хотелось, чтобы всё поскорее закончилось.

********************
Через час на заправке остался только мы. Лёнчик сказал мне, что если страховка не покроет убытки, он меня убьёт. Я пропустил это мимо ушей, развернулся и пошёл в сторону даунтауна. Он что — то гнал мне в след, но я не слушал. Через пару кварталов был таксофон. Я набрал Резо. Трубку никто не взял. Он говорил, что жил где — то в Бурлингтоне, а это с пару часов езды. Время было почти два. Наверное ещё не доехал. Пройдя ещё квартал я заметил, что у меня на башке грёбанная шапка с надписью «Пионер». Она спикировала в мусор. Жизнь только начинается. Я поймал такси и поехал домой. Там был дым коромыслом. Йосику продлили на полгода временный статус. Пришли гости. Пили палёную американскую водку в пластмассовых бутылках. Отец включал музыку. Народ плясал под Джексона. Матушка только успевала менять посуду. Я поднялся наверх и открыл окно. На меня смотрели звёзды. Прямо на голову свешивался ковш Большой медведицы. Через него деловито летел спутник. Затрубил тепловоз. У меня почему то сжалось сердце, а потом забилось так, что чуть не выпрыгнуло из груди. Захотелось плакать. Я спустился вниз и налил себе стакан вонючей водки. Через минуту стало всё стало проще.

*********************
Я проснулся с членом в руке. В окно светило солнце. Вскочив, я быстро умылся и спустился вниз. Ещё не было восьми. На кухне воняло не убранными пепельницами, не вылитым из рюмок пойлом и заветревшимся оливье. Родители спали у себя. На диване в гостиной спал Йосик с какой — то бабой с волосатыми лодыжками. Я набрал Резо. Минуты три никто не подходил. Странно. Я положил трубку. Сварил себе кофе и выкурил сигарету. Снова позвонил. Трубку не брали. Меня начало чуть подъедать беспокойство. С ним могло что — то случиться. Или может его поймали менты? Тут я занервничал. Но Резо не мог меня сдать. Он не такой. И вообще нужно оставить эти глупые мысли. Может у него просто сломался телефон. Точно, у него сломался телефон. Конечно. Именно по этому он и не берёт. А моего номера у него и нет. Я ему не давал. Оператор Белла выдал мне точный адрес. Улицу и дом. Через минут двадцать я ехал к Резо.

**********************
Это был мотель. У входа было запарковано две машины. Минивэна Резо не было. Сердце начало ускоряться. Я вошёл внутрь и позвонил в звонок на стойке. Из заднего помещения вышел седой заспанный итальяшка лет шестидесяти. Я показал ему записанный в книжке номер телефона. Он указал мне глазами на стенку позади меня. Там, над полкой с толстенными жёлтыми страницами, висел аппарат. Я спросил про парня с минивэном. Итальяшка сказал, что тот жил у них с месяц и расплатившись уехал часа полтора назад. У меня на глаза начала наваливаться белая пелена. Сердце заколотилось, во рту стало сухо и меня куда — то потащило.

***********************
Я открыл глаза. Надо мной склонился итальяшка и ещё какая то женщина. Она била меня по морде, а он давил мне на грудную клетку силясь делать искусственное дыхание. От этого мне дышалось не очень. Я попытался привстать, но меня сильно мутило. Баба дала мне стакан воды. Стало полегче. Прислонившись к стенке, я рассматривал пальму в кадке и её волосатую ногу. Как только я отводил глаза в сторону мне становилось снова хреново. Я пытался максимально глубоко дышать. Один раз я так свалился перекурив марихуаны в армии и сержант наказал мне глубоко дышать. Вот я и дышал. Прошло с полчаса. Я попытался встать на ноги. Перед глазами пролетели мошки и я снова уселся на пол. Наконец, я уже мог думать ещё о чём — то кроме того, что я умираю. Он меня тупо кинул. Просто взял и кинул. Сердце снова забилось быстрее. Я начал активно вдыхать воздух. Мне нельзя об этом думать, а то точно кину кони. Снова уставился на пальму. Зелёный цвет меня чуть успокаивал.

************************
Через полчаса я поднялся и итальянка налила мне граппы. Я засомневался, но она меня рассказала про сосуды. Я выпил. Она протянула мне бумажный пакет. Там лежали отвёртка и ключ. Я снова глубоко задышал. Выйдя на свежий воздух я направился к озеру. У меня над головой орали голодные чайки. Размахнувшись что есть силы, я метнул ключ и отвёртку в Онтарио. Пара чаек спикировали на расходившиеся по утреннему зеркалу круги. Мыслей ноль. Белый шум. Я гнал от себя всё. Через пару часов я добрёл до какой — то станции метро и через полчаса вышел на Сэнт Клере. Проходя мимо Джозеппины, я купил двести грамм мортаделлы, томатного сока и свежий Сванк. Не знаю если жизнь налаживалась, но она как минимум пока продолжалась.

*************************
Дома был второй тайм. Йосик с папашей и ещё каким — то сумрачным дядей налегали на пиво с креветками. Баба Йосика оказалась еврейкой ватичкой. Помимо волосатых лодыжек, у неё ещё росли усы. Она жила в Канаде уже двадцать лет. Пока я жевал оливье, она пообещала устроить меня официантом в еврейский ресторан. Матушка подкладывала мне яиц в майонезе и грустила. Когда я доел, она протянула мне номер телефона. У меня внутри всё воспряло, но это был номер лейтенанта Смита, который попросил его набрать в отделение. На её вопрос я ответил, что это из — за страховки по заправке и ещё какую — то белиберду. По глазам понял, она мне не верит. Лейтенант попросил приехать с утра на опознание.

*************************
Смит меня встретил внизу с пропуском. Он был в том же костюме и рубашке, что и на заправке. Рожа у него была не особо приветливая. Мы поехали на лифте, прошли несколькими коридорами и он завёл меня в комнату с двумя компьютерами. Один из них был включён. Объяснив куда нажимать Смит ушёл. Следующие полчаса я смотрел