Эпиграф:
«Дела сделанные втихаря, до добра не доводят»

С детства я испытывал тягу к тому, что бы чего-то покрутить, чего-то позабивать. У меня даже была своя доска, куда я с завидным постоянством гвозди вколачивал (вот бы уроки делал с такой регулярностью). Но, естественно, что родители всячески ограждали меня от моих поползновений применить реально на практике свое умение орудовать молотком и отверткой (может, по этому и дали мне доску, что бы хоть как-то направить мою энергию в противоположное русло от мебели). Но, и на моей улице случился праздник. Как говорится, сбылась мечта идиота.
Поломался у брата стул, разложили его по составляющим частям, и прислонили их к стеночке до лучших времен, когда у отца дойдут до него руки. Следует сказать, что разборка стула была совершена полная, т.е. именно до мельчайших планочек, только что подкладку с сидения не спарывали. Так вот, придя со школы, я увидел этот подарок судьбы. Можете представить мою реакцию – реакцию человека, который долго хотел что-то сделать, но ему этого не разрешали. Одним словом, стон удовлетворения Эллочки-Людоедки из 12-ти стульев меркнет перед моим стоном радости. Как назло, дома не оказалось никого, кто бы мог мне помешать в моих попытках заняться починкой стула, и я погрузился в процесс творчества.
Помня, как выглядел стул до того, как превратиться в растопку для печки, я начал постепенно его собирать. И в течении часа сборка «конструктора» была завершена, причем, особую гордость я ощущал от того, что собрал его без единого гвоздя, ловко совместив выпуклости планок с впуклостями тех же реек, слегка пристукнув молоточком что бы плотнее село. Гордым взглядом орла на заборе я окинул свою работу и аккуратно придвинул стул к столу брата. Почему-то в тот момент, сомнений по поводу сборки без дополнительных крепежных материалов я не испытывал. А зря.
Вечером брат вернулся из института, и, войдя в свою комнату, увидел этот подарок, который восхищал своей «монолитностью» на первый взгляд. Бальзамом на душу мне был его радостный вопрос: «Что стул починили?» и отодвигание этого самого стула с целью использования его по назначению. Правда потом моему гордому виду мастера на все руки пришел конец, ибо из-за двери раздался жуткий крик и треск, и когда уже я с родителями вбежали в комнату, нашим глазам представилось жалкое зрелище – брат сидел на седушке стула (все-таки одна часть этого предмета мебели выполнила свою функцию), но непосредственно на полу. Остальные же части художественной россыпью валялись вокруг него, поражая своей геометрической правильностью.
Стул потом починили, и он действительно был монолитен и простоял еще много лет. А меня… меня по прежнему не допускали к починке, да еще брат, нет, нет да и бросал на меня взгляд человека, понимающего от кого был этот «подарок».